Дорамы: Азиатский киноклуб

[Бастера]

— Чэн Лин, проводи своего дядю, — сказал Цзы Шу, выгоняя Шэня, чтобы тот перестал доставать Кэ Сина.
— Да, — мгновенно отозвался Чэн Лин с твердой уверенностью.

Сразу видно, кто мальчику стал роднее.

 

[Бастера]

Цзы Шу догадался?

 

[Бастера]

Избивать такого маленького ребёнка... Если бы Кэ Син уже не убил его, я бы орала, что его надо поскорее убить. Он заслужил!

 

[Фольгиня]

На какой ты серии?

Избивать такого маленького ребёнка... Если бы Кэ Син уже не убил его, я бы орала, что его надо поскорее убить. Он заслужил!

 

[Бастера]

Ты слишком жалкая. Я не убью тебя.

Се-эр, теперь тебя биполярит? Что-то у него нечисто тоже в прошлом.

 

[Бастера]

На какой ты серии?

На 23, недавно начала.

 

[Бастера]

Се-эр, зачем тебе суп Забвения? Кого ты там собрался поить?

 

[Бастера]

Вэй Нин готовит еду. Какой прилежный парень, глаз радуется!

 

[Бастера]

Нет, слушайте, мне всё больше кажется, что Се-эр не такой плохой, каким видится в целой картине.

 

[Бастера]

Гу Сян вся смущается, из-за этого злится и капризничает; Кэ Син, скрепя сердце, активно её сватает за Вэй Нина, который клянётся всегда её защищать и пытается успокоить саму Сян; Чэн Лин вставляет умные комментарии, а Цзы Шу молча улыбается. Не хватает только Байи с его едкими комментариями.

 

[Бастера]

— Разошли список призраков кланам.
— Но они ведь были нашими союзниками. Тогда в будущем они больше не будут нам помогать.
— Се-эр, ты всё ещё не понимаешь?
— Нет...

Скорпиончик такой прямолинейный. Оскорбили — убьёт. Оскорбил — извинится. Союзники — значит союзники. Хитрости крайне мало, чутка себе на уме, но без гениальных планов. По крайней мере на данный момент. Милашка, мамочка довольна.

 

[Бастера]

Как же красива территория Дома Четырёх Сезонов!

 

[Бастера]

— А если все будут против нашей свадьбы, что тогда? — в расстройстве чувств Гу Сян толкнула Вэй Нина.
— Тогда возьми меня в плен, и мы убежим! — мгновенно ответил Вэй Нин, глядя на неё снизу вверх, сидя на чём-то.
— В плен?.. Не дождёшься!
— Оговорился, я возьму тебя в плен, и мы сбежим! — Вэй Нин вскочил, хватая Гу Сян за руки.
Своими криками они собрали вокруг народ, который охал и забавлялся.

Такие мужчины водятся только в художественных произведениях.

 

[Бастера]

Чэн Лин раскрыл соулмейтов и спрашивает, почему они упрямятся и не признают никак то, что уже можно признать. Малыш, взрослым дядям тяжело говорить, как много раз убивали их и убивали они.

 

[Бастера]

Всё, я увидела сцену, как Кэ Син попал к Призракам, и расплакалась. И теперь понятно, почему с беловолосой дамой у него отношения были более гладкими, чем с другими.

 

[Бастера]

Им даже кошмары синхронно снятся. На самом деле это интересное чувство, когда вы с родственной душой синхронизируесь даже в чём-то нехорошем. Сначала тяжело, потом успокаиваешься, а потом понимаешь, что вы опять совпали.

 

[Бастера]

Цзы Шу наделал ошибок в молодости, но его так жалко.

 

[Бастера]

Красиво.

 

[Бастера]

Кэ Син восстанавливал картину, очень значимую для клана и Цзы Шу, а Чэн Лин схватил шифу за руку и притащил к нему. Цзы Шу так растрогался, что даже не смог ничего сказать и просто обнял его. Чэн Лин, до этого рассматривающий инструменты, которыми шишу проводил реставрацию, посмотрел на них, подбежал к ним и тоже обнял. Я так люблю эту дораму и это трио.

 

[Бастера]

Кэ Син только хотел отказаться идти на поклон, как Чэн Лин посмотрел на него такими глазками, что он перестроил свою фразу в согласие. Самое забавное, что Чэн Лин, похоже, не всегда осознаёт степень своего влияния на шифу и шишу.